Воскресенье
25.06.2017
09:29
Приветствую Вас Гость
RSS
 
Дастархан
Солнечного Узбекистана
Главная Регистрация Вход
Восточная сказка - Форум любителей узбекской культуры »
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум любителей узбекской культуры » Чойхона » Восточные сказки » Восточная сказка
Восточная сказка
RifatДата: Вторник, 11.12.2012, 22:08 | Сообщение # 1
Лучший друг
Группа: Хозяева
Сообщений: 1169
Награды: 1
Репутация: 2
Статус: Offline
Восточная сказка.



…Утром Шаурвадэв-аку разбудил истошный вопль его жены.

-Вой-бой! Горе! Горе нам, мы умрем! Умираю, помогите! Ой-ой-ой! Войдод! Спасите!

Шаурвадэв-ака вскочил с кровати, запутался в одеяле, упал, вскочил, попал ногой в ящик с сухой травой, опять упал, встал и выбежал во двор.

-Жена! – взревел он. – Ты что орешь?

Тарома-апа сидела посредине двора, растрепанная, красная, – прижимая к груди предмет, похожий на часы.

-А вы спите, спите! – взвизгнула она, увидев мужа. – Вам же все равно, что мы завтра умрем на рассвете! Посмотрите на часы, один день остался!

Шаурвадэв подошел к жене, забрал из ее рук часы и взглянул. Действительно, на часах остался всего один день.

- Ну, забыл… – пробормотал он. - Но что соседей то пугать, женщина? День то есть!

-Забыли! – завопила Тарома-апа. – Забыли! Каждый день заглядывать в чайник с водкой вы не забываете! А вопрос жизни и смерти у вас вылетел из головы! Конечно, это такой пустяк! А вот машина без внутренностей, вчера купленная – это не пустяк!

Шаурвадэв махнул рукой и зашел в дом. Вопли жены полетели за ним вслед, стукаясь о стены старого хивинского саманного дома.



Шаурвадэв был дэвом и жил в старом городе Хивы, Ичан-Кале, подальше от Джума-мечети и поближе к крепостной стене. Еще его прадед и дед помогали хивинцам возводить стены хорезмских крепостей. Он жил тут уже больше двух тысяч лет и надо сказать, что быт его с тех пор не сильно изменился, ну разве что на крыше его дома появилась спутниковая тарелка. Соседи называли его Сарвар-ака и уважали за высочайшее ювелирное искусство, которым он владел. Это было удивительно, - как такие руки, похожие на грабли, могут выводить на золоте и серебре тончайший узор, некоторые детали которого возможно было разглядеть только в лупу. Мог и двери резать, и колонны, – на все руки мастер. О том, что он дэв знали несколько человек в Хиве. Впрочем, он и сам сильно не старался сберечь тайну. Ну и что, ну дэв… Хорезмийцы вообще народ не любопытный. И удивить их трудно. Единственное, что он скрывал ото всех – это свой подвал, в котором прятал сокровища, – сундуки с золотом и серебром. На его лбу был третий дэвовский глаз, который он прятал под лохматой хивинской шапкой или малой чалмой - тюбетейкой и повязанным вокруг нее платком.

Каждые триста лет он был должен съесть человека, чтобы продлить существование себе и жене еще на триста лет. И не просто человека - жертва должна быть добродетельной. Не врать, не воровать, не подличать, не обманывать, не наживаться, - по возможности быть молодой и здоровой. А то в прошлый раз съели поэта, сорокалетнего и больного, так все триста лет артритом мучались. Поэта съели с удовольствием, – он хоть и хороший был человек, но графоман отчаянный. После третьего венка сонетов его даже захотелось немного помучить перед смертью…

Помимо таланта ювелира, Шаурвадэв обладал двумя волшебными возможностями, – он мог читать мысли людей и перемещаться в мгновение ока на любые расстояния.



-В Ташкент пойду… – сказал дэв, умывшись и сев пить чай на кухне.

-Зачем это? – тут же отозвалась Тарома-апа.

-Не хочу есть хивинцев… Свои же…

-В Бухару тогда идите! Бухара ближе!

-Ты в своем уме, женщина? – пока еще спокойно произнес Шаурвадэв-ака. – Там Хазрат Бахауддин. Он ни одного бухарца не отдаст дэву.

-Тогда Самарканд! Да и мало ли кишлаков? Зачем Ташкент? Там девки вот в таких юбках ходят! – Тарома-апа показала ладошкой чуть ниже пупка. И без перехода и логики добавила: – Вам только в Ташкент идти! Вы на себя посмотрите! Вы черный и небритый, будете людей пугать!

-Уф, женщина, скорпион тебе в подушку…

- Вам лишь бы подальше от дома! Ну а что, машину без мотора себе вы уже купили! Зачем вам мотор? Вы же сами впряжетесь в нее, вы же сами себе мотор! А то что у нас тюнер зависает, это вас не касается!

- Я сказал, пойду в Ташкент! – стукнул кулаком по столу Шаурвадэв.

Он схватил две пиалы и, демонстративно закрыв ими уши, вышел во двор. Очередная реплика Тарома-апы разбилась о керамику, и не достигла слуха мужа.



Сборы заняли полчаса. Повыбирав перед зеркалом между пиджаком в стиле «Раис-колхоз» и коротким легким хивинским халатом, он остановился на халате и на летних кожаных сапогах. Повязав чистый платок вокруг тюбетейки, завернув в тряпку два золотых браслета, Шаурвадэв встал в середине двора, вздохнул и испарился. Последнее, что он услышал, это были слова Тарома-апы, чтобы без тюнера не возвращался. Да, тюнер конечно надо. А то без Дома-2, благослови их обоих вышние силы, Тарома-апа уже бы съела мужа живьем.



Он оказался в самом центре Алайского базара, поначалу не узнал его, потолкался в поисках выхода, нашел ворота, прочитал название базара и вернулся.

-Доллары, российские, золото…- услышал он вкрадчивый голос.

Под тяжелым и пристальным взглядом странного старика торговцу торговаться расхотелось. Взяв два тонких золотых браслета и отсчитав сантиметров двадцать узбекских денег, он поспешил исчезнуть.

Шаурвадэв шел по Ташкенту, в сторону Эски Джува, цепким шестым чувством сканируя встречных и поперечных. Не то, все время не то… Совсем люди страх потеряли, – изменяют, воруют, обманывают, взятки берут…

Зашел в автосалон, погладил новые машины, узнал цены, покачал головой – ах, плут, Хизмат, самую модную машину продал ему вчера, «Тико» без мотора, за пятнадцать тысяч долларов…

Базар Старого города, Чорсу, встретил его бархатным гудением. Да уж… Хоть в металл одень восточные базары и закатай в асфальт – все равно пыль вечности останется. Купить продать, обмануть, потерять, – любимые слова восточного базара. Запах лепешек мешается с запахом шашлыка и плова, тонкий дух зиры и райхона пишет в воздухе свою симфонию. Над базаром возвышается современная мечеть, а медресе Кукильдаш сияет новыми кирпичами. Как же давно он не был в Ташкенте! Лет двести, наверное, – тогда это был провинциальный городишко, смешливый и заносчивый, – вот на этом самом месте вход и выход. А сейчас смотри-ка, раскинулся, как ковер…

-Идемте, ака…- он вдруг услышал слова приглашения. Дэв очнулся. Оказывается, он уже минут пять смотрел на гору арбузов и дынь, совсем этого не замечая. Его звал бахчакор, устроивший себе среди арбузов прибежище. – Идемте…Чай-пай… Садитесь…

Шаурвадэв сел на курпачу и благодарно принял пиалу с зеленым чаем.



***



Черный кот сидел на старой табуретке возле стены и смотрел в небо. Из ворот вышла девочка лет трех .

-Ай, мушукча…Кися, кися… – залепетала она нежно. – Оп ке… – она резво потопала к коту и, приблизившись, вежливо погладила его хвост.

Кот перевел взгляд на девочку и стал внимательно разглядывать огромную багровую шишку на ее лобике.

-Упала! Бабам! - сообщила девочка и засмеялась, потрогав свой лоб. Кот обнюхал шишку и тихонько лизнул. Шишка побледнела и исчезла на глазах. Девочка потрогала свой лоб и благодарно улыбнулась. –На, ешь… – она достала из кармашка кусочек горячей лепешки.

В следующую секунду кот и девочка вздрогнули от истеричного вопля: – Вой, пишь-пишь! Сайера, коч! Хором! – в воротах материализовалась толстая халя, в цветастом платке. – Пишь! – Зашипела она на кота.

Девочка заревела. Тетка схватила девочку за руку и затолкала в дом но через мгновение запнулась непонятно за что и припечаталась лбом об косяк. На ее лбу тут же взошла красная и пылающая шишка. Тетка завопила, как пожарная сирена, и со страхом оглядываясь на кота, исчезла с криками: «Товба кльдым!», что в примерном переводе с узбекского означает: «Свят, свят, свят»

- Хором… – проворчал кот. – Джинны кусок, идиотка. Сама ты – хором…

-Ассалам алекум, джинн Махтумкули Рахмат ибн Салам! – услышал он вдруг позади себя знакомый голос. Кот обернулся. – Вай! Валейкум ассалам! Шаурвадэв-ака! Рад тебя видеть! Неужели триста лет прошло? Ай, как время бежит!

-Да, прошло… Завтра последний день, и сегодня утром я чуть сам не попал дэву на обед, Тарома чуть не съела заживо.

- Как жена? Как здоровье? Как дома? Все спокойно? – прочитав скороговоркой формулы вежливости дэв и кот рассмеялись.

-Ну что, нашел? – спросил кот прищурившись. Дэв вздохнул.

- Слушай, эти люди вообще хуже дэвов стали… на вид вроде все такие хорошие, добрые, чистенькие. А как начнешь внутрь заглядывать, так содрогаешься. Не знаю что делать, наверное помирать пора…

-Подожди, не торопись. Есть у меня один экземпляр…

-Кто такой? Сколько лет? Мусульманин?

- Учитель математики, 28 лет… Человек умный, безобидный. Незлобный. Взяток не берет, никого не обманул ни разу в своей жизни. Денег не накопил. Неудачник. Насчет веры…Помнишь это? – Несовместимых мы всегда полны желаний, в одной руке бокал, другая на Коране. Вот так вот и живем под небом голубым, – полубезбожники и полумусульмане.

Дэв улыбнулся.

-А я ведь 900 лет назад чуть не съел Омара Хайяма. Кристальной чистоты был человек, целомудренный… Жена отговорила…. Ну так что с твоим? Как зовут?

-Рустам!

-Надо же, какая ирония, – усмехнулся дэв, а кот расхохотался.





…Дев и кот дошли до стареньких ворот в махалле и , не постучавшись , открыли калитку.

-Собаки нет? – спросил Шаурвадэв.

-Нет.. – ответил кот, – была, шавка какая то, сдохла. А большую не заводит. К нему дети прибегают, ученики.

Они прошли во двор и остановились.

-Эй, хозяин! – позвал дэв.

Из дома вышел щуплый симпатичный парень, с полотенцем в руках и растерянно взглянул на визитеров.

- Салам алекум… -сказал он тихо.

-Валейкум, – буркнул дэв. – Мне попить…

Парень улыбнулся и развел руками. – Идемте, идемте! Садитесь , пожалуйста. Он показал на калават, стоящий под виноградником. Я сейчас! Вам черный, зеленый?

- Зеленый! – сказал дэв, и расположился на калавате.

Рустам принес сухофрукты, чайник, пиалушки, свежую лепешку. Заварил чай, молча сделал кайтар. Дэв поморщился. Кот усмехнулся.

-Это ваш кот, ака? – спросил Рустам, погладив Махтумкули.

-Нет… не знаю чей…

-И у соседей такого нет, может, останется? А то у меня никого тут нет, я один. Сейчас я тебе сосиску принесу! – сказал он коту. – Вы меня извините, ничего нет горячего… Только Доширак и сосиски… зарплата еще не скоро, а мне Интернет нужен, то, се…

-Я чай.. .– буркнул дэв.

Рустам вежливо молчал, не расспрашивая гостя, ждал, пока тот сам представится и расскажет о себе. Но вместо этого гость стал задавать вопросы - кто такой, кто родители, кем работает, есть ли дети… Женат ли…

Рустам покраснел.

-Нет, не женат…

-И правильно, не женись, – пробурчал дэв. – А то будешь всю жизнь вот так ходить… – он взял две опустевшие пиалушки и закрыл ими уши.

Рустам рассмеялся.

- Да мне не грозит.. Не хочет она за меня замуж. А другой мне не надо… – сказал Рустам тихо.

-Мусульманин? – спросил дэв.

- Ну как… По идее, да. Но… – Рустам виновато улыбнулся. – Я в мечети один раз в год бываю, на Хаит. Некогда. Работа, ученики… Мы светское государство… Пять раз намаза в день, где столько времени взять?

- Безбожники… – сказал вдруг Махтумкули. – Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, ходил туда-сюда, все просил уменьшить вам количество молитв со ста раз. А вы даже пяти раз не можете осилить!

Рустам поперхнулся чаем, и выпучив глаза, скатился с калавата на землю, задыхаясь и не в силах сказать не единого слова. В глазах его стоял ужас.

Джинн смутился. Потом легко подул на Рустама и тот задышал. Лицо его порозовело, сердце забилось в прежнем режиме.

-Все, ты не боишься…- сказал дэв. – Спрашивай!

-Он г-говорит… – сказал, Рустам , заикаясь.

- Ну да. Потому что он джинн… ты же знаешь, кто такой джинн?

-Знаю… – Рустам присел опять на калават и стал разглядывать кота. – Но.. Это же кот…

- А так? – сказал Махтумкули. И на его месте появился красивый юноша в бухарском халате. – Или так. – над виноградником поднялся огненный ифрит.

-Но мне удобнее так. – прогремел ифрит и свернулся опять в кота.

-Вот это да… А! Это мне снится! Я сейчас полететь могу! – Рустам встал на землю и взмахнул руками. Потом еще раз… – Нет, не снится…

-Увы, не сон. – сказал джинн. – Меня зовут Махтумкули Рахмат ибн Салам. Сколько мне лет, я уже сам не помню. Много. А это Шаурвадэв-ака. Он дэв.

Шаурвадэв снял платок и посмотрел на Рустама третьим глазом.

-Какой ужас… – прошептал Рустам. – Господи, а почему я еще живой, и не падаю в обморок?

-Ты под чарами джинна… – сказал Шаурвадэв, – ладно, давай покончим с лирикой, и перейдем к делу!





Рустам сидел за хон-тахтой и задумчиво гонял по скатерти шарик из кураги. Шаурвадэв молчал тоже. Он рассказал ему правду, первый раз за все время он рассказал всю правду человеку. Обычно он просто заманивал в гости людей, насылал на них сон и съедал тихо-мирно. Но этот парень ему неожиданно понравился.

-Надо же… – наконец сказал Рустам. – Я всю жизнь думал, что джинны и дэвы – это красивые старинные авестийские метафоры. Дэвы - это наши недостатки и злодеяния, а джинны – это наши возможности…Даже представить себе не мог, что вы существуете на самом деле…Значит, на рассвете вы должны умереть с женой?

-Да. Нас разорвет на кусочки от лучей утреннего солнца. Таково условие.

- Подождите, а как же заклятие Сулеймана? Он же запретил обижать людей…

Дэв фыркнул:

-Где теперь тот Сулейман… – но, наткнувшись на острый взгляд кота, мягко продолжил:

-…ибн Дауд, мир с ними обоими…



-Я… пойду с вами. Обо мне никто и не станет страдать. Родители умерли, только старший брат в Чирчике. Ну, у него своя жизнь. Я ему письмо на мейл напишу, что уехал в Россию на заработки. А там… Пропадешь, никто искать не будет.

-За это можешь не переживать. Как только я тебя съем, время переменится, и ты никогда не родишься. И все, что с тобой связано исчезнет. Потому что никогда не начиналось.

-Продуманно… – улыбнулся Рустам. – Махтумкули-ака, вы с нами?

-Нет, наверное…- почему-то печально сказал кот. – Завтра в исламском институте лекция интересная…

-Ой, ладно тебе… – проворчал дэв. – Можно подумать, ты что-то новое услышишь… Пошли с нами. Завтра лучше в нашей Джума-мечети проповедь послушаешь, святоша. Завтра же пятница?

А Рустам по Хиве побродит. Ты был в Хиве? Ну, то-то же… Ну, вставайте!

Дэв встал посередине двора и протянул руки Рустаму. Но вдруг хлопнул себя по лбу.

-Ай, горе мне, пожирателю Рустамов! Чуть не подписал себе смертный приговор и пожизненный зиндан… Тюнер, провались он в яму, для спутниковой антенны, утони она в реке… Меня старуха растерзает!

Рустам расхохотался. Затем, успокоительно махнув рукой дэву, набрал номер на телефоне.

-Сейчас будет у вас тюнер. Самый модный. С карточкой для платных каналов: – Алло! Руслан!



… Тарома-апа места себе не находила. Она нарезала нарын, зафаршировала яйца, испекла лепешки и бродила по двору, бесцельно и неприкаянно, кричала на кур и гоняла собаку. Даже к соседкам не пошла. Где вот старика черти носят? Не попал ли под машину, не обидел ли кто, не оскорбил ли? – лезли ей в голову совсем нелогичные мысли. Да пусть хоть сорок машин купит, без мотора, пусть хоть сто чайников с араком выпьет за день, лишь бы вернулся, живой и здоровый. Поэтому, когда в середине двора забрезжило, и появился ее старик с парнем и котом, она сорвалась с места, выбежала из комнаты, как девушка на выданье и обняла мужа.

-Вот, жена! Я тебе тюнер твой купил. И футболку с Домом-2! На стенку повесишь, я тебе рамку вырежу… – весело сказал Дэв. – Ужин готов? У нас гости! Ну ладно, ладно… Живой я…



Дев и его жена молча наблюдали за Рустамом. После ужина он настроил Тароме новый тюнер, вышел во двор и стал колоть дрова, аккуратно складывая их в поленицу.

-Скажи ему, что у нас есть газ… - сказала тихо Тарома-опа.

-Пусть… Ему, наверное, нравится.

Рустам переколол дрова, затем убрал со двора старинные тяжелые колеса, прислонив их к стене, поправил старую дверь, стоявшую неровно.

Шаурвадэв вышел во двор.

-Рустам… Ты иди, погуляй лучше. Вот тебе, держи - он протянул дешевую китайскую зажигалку. – Чиркни и Махтумкули появится. Составит тебе компанию.

-Жаль, фотоаппарата нет! – весело сказал Рустам. – Впрочем, кому нужны будут эти фотографии?

Шаурвадэв опустил голову и стремительно вернулся в дом.

А Рустам, повертев в руках зажигалку, вышел со двора.

Дэв и его жена молчали, стараясь не встречаться взглядами. Тарома-опа смотрела сквозь телевизор, а Шаурвадэв спустился в свой подвал и заперся там.

Через пару часов он вышел и сел на чурбак в дальнем углу двора возле стены. Тарома молча подошла к нему и присела рядом. Вдруг они услышали голоса – Рустам с Махтумкули возвращались. Они оба замерли и затаили дыхание, стараясь не пропустить ни одного слова.

- Слушай…- услышали они голос Махтумкули. – Я жалею, что показал тебя дэву. Может переиграем?

-Как это? – спросил Рустам.

-Вот смотри … Видишь эту стену? А вот этот камешек? Мое могущество против могущества дэва, как эта стена против камешка. Я его просто распылю, да и все. Вместе с женой. Хватит, пожил, старый шайтан! За столько лет не смог ислам принять, упрямец.

- Интересно… Вот так возьмешь и распылишь старого друга?

- Ну, старый друг – это преувеличение конечно. Я его старше раз в десять. Но дело не в этом. Соглашайся! Я устрою тебе свадьбу. Сделаю так, что твоя девчонка сама за тобой бегать будет! А у дэва в подвале горы золота, целые сундуки, все тебе достанется…Понимаешь, какая жизнь для тебя настанет?

Повисло молчание. Шаурвадэв и Тарома перестали дышать, чтобы не выдать своего присутствия.

-Знаешь… – услышали они вздох Рустама. – Я так не могу. Зачем мне любовь, если она не настоящая? Наколдованная? А от сундуков с золотом я пожалуй огребу больше проблем , чем радостей. Не тот у меня характер. И… мне …жалко их. Они классные. У меня родители умерли очень рано. Мама болела, папа не долго один потом прожил. Я самый младший в семье, поздний ребенок… Меня бабушка растила… Их убить, все равно, что родителей убить. Может я и не прав, может я и дурак. Но, ты меня пойми пожалуйста, не могу я… Идем.

- Как знаешь…- проворчал Махтумкули. – действительно дурак и неудачник. Но я почему то тобой горжусь…



Рустам зашел во двор и оглянулся. Дэв с женой в мгновение ока переместились в дом и создали невинную домашнюю идиллию. Тарома-опа вязала длинный хорезмский узорный носок, а Шаурвадэв сидел за верстаком и чинил золотой браслетик, воткнув в глаз лупу, для антуража.

Рустама уложили на втором этаже, в маленькой и уютной каморке. Он вытянулся на стопке из мягких курпачей и мгновенно уснул. Махтумкули лег рядом на подушку и тоже уснул.





А дэвам не спалось. Тарома-опа молчала, сосредоточившись на носке, а Шаурвадэв вышел на улицу сел на крыльцо и стал смотреть на луну. Через некоторое время Тарома вышла во двор и присела рядом с мужем.

-Знаете, Шаурвадэв-ака…- сказала она тихо. – Вы были мне очень хорошим мужем. Вы никогда не поднимали на меня руку, кормили, одевали, заботились обо мне… Вы ни разу не упрекнули меня в том, что у меня нет детей… Мы с вами прожили очень хорошую и счастливую жизнь, и я бы еще столько прожила. Но…

Тарома-опа вздохнула. Шаурвадэв молчал.

- Наверное, нам пора возвращаться домой. Я не смогу съесть этого мальчика. Он слишком… Молодой. И какой-то… Мне бы хотелось иметь такого сына.

-Да… – отозвался дэв. Голос у него был глухой и какой-то далекий. – Нам пора домой, жена. Там отец, братья, твои сестры…

-Теща! – сказал Махтумкули, появившись из воздуха. Шаурвадэв взрогнул и скривился.

- Ты хотел его спасти, джинн? – спросил он у кота. – Если бы он согласился, он бы уже непригоден стал для нас… Почему ты его не уговорил? Эх…

- Я знал, что он откажется…- вздохнул Махтумкули. – Догадывался. Может, ислам примешь? Перед смертью?

-Умру язычником… – буркнул дэв.

- Слушай джинн… – Тарома- опа протянула руку и дотронулась до кота. – А как будет? Ну вот… Взойдет солнце… Что с нами будет? Больно будет?

-Бог весть…- усмехнулся кот. – Я не Аллах, я не обладаю абсолютным знанием. Я знаю почти столько же, сколько и вы…То есть ничего не знаю. Я даже не имею права не только знать, но и не знать – вы же знаете…Тьфу, запутался…

-Не бойся, – сказал дэв жене, – я буду держать тебя за руку. Где бы мы не оказались, мы будем вместе.



Хивинский петух сладко потянулся на насесте, спрыгнул на землю и вышел во двор. Посмотрел на темное небо, затем перелетел на крышу соседнего дома и заглянул в окно. Там сидел подросток с красными глазами, за компьютером. Петух напряг зрение. Потом терпение. Через пару минут подросток переключился на поиск в Яндексе и петух заметил время восхода солнца. До него оставалось минут двадцать. Удовлетворенно хмыкнув, он перелетел на забор и приготовился.

Рустам открыл глаза. Было совсем темно, он подсветил пространство мобильником, а потом посмотрел на время. И сорвавшись с кровати , кубарем скатился вниз.

-Шаурвадев-ака! Тарома-опа! – закричал он в панике. – Проспали! Проспали! Сейчас рассвет будет!

Он выскочил во двор и увидел дэва и жену, сидевших крыльце, прижавшихся к друг другу. Рустам подскочил к ним и стал трясти их изо всех сил.

- Вставайте! Просыпайтесь! Мы проспали же… Проспали!

По лицу Рустама текли слезы.

Шурвадев мягко взял его за руку и заставил сесть рядом.

-Нет, мы не проспали, сынок. Мы просто решили уйти домой. Сядь. Не кричи.

Рустам сел рядом и с ужасом посмотрел на диск солнца появляющийся над крышами Хивы.

- Не печалься, сынок… – сказала Тарома-опа, – погладив Рустама по руке. – Хватит, пожили. Устали мы со стариком. – А потом еще раз с удовольствием повторила, закрыв глаза и улыбнувшись – Сынок…

Солнце вставало быстро и неумолимо, каждую минуту согревая все большее пространство плоских крыш. Вот оно добралось до двора Шаурвадэва и побежало по чисто выметенному двору. Коснулось ног стариков. Тарома-опа зажмурилась. Рустам закрыл лицо ладонями. Только кот и дэв смотрели прямо в глаза солнцу. Шаурвадэв встал и, обняв жену, вышел из тени. Солнце осветило их с ног до головы, и дэвы засветились ровным и синеватым пламенем.

И вдруг все прекратилось. Посреди двора, по-прежнему обнявшись, стояли Шаурвадэв и Тарома, но ничего не происходило. Шаурвадев удивленно оглядел свою жену. Та открыла глаза, и в них отразилось недоумение.

-Ака, у вас третий глаз пропал… – сказала она и закашлялась. Рустам отнял руки от лица и посмотрел на дэвов.

-Поздравляю! – рассмеялся Махтумкули. – Вы умерли! Ну, почти умерли. Стали смертными.

- Ура! – завопил Рустам, и бросился обнимать стариков. – Невероятно! Ну, надо же! Какое счастье!

- И Рустамы живы, и дэвы целы… – хихикнул джинн.

Шаурвадев-ака обратил счастливое лицо на жену, а потом перевел взгляд на Рустама. – Ну… В общем-то, это неплохо. Да что там неплохо! Это хорошо!

А потом весело закричал через стену:

-Хизмат-ака! О,Хизмат! Вставай, просыпайся! У меня радость, ко мне сын из Ташкента приехал!

Алекс Далински.


Уж лучше быть голодным, чем есть что попало...
 
ГульжамалДата: Среда, 12.12.2012, 13:03 | Сообщение # 2
Друг
Группа: Друзья
Сообщений: 30
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
рисунки автора! что стоит подчеркнуть отдельно ))
 
Форум любителей узбекской культуры » Чойхона » Восточные сказки » Восточная сказка
Страница 1 из 11
Поиск:


Все фотографии и рецепты принадлежат пользователям сайта. Материалы даны только для ознакомительных целей.
Копирование и перепечатка материалов сайта возможны только с указанием активной прямой ссылки на источник.
Copyright Rif'at Irmukhamedov © 21 марта 2012 » 2017. Dasturxon.Com рекомендует UCOZ - лучший бесплатный конструктор сайтов.